Опубликовано Фев 1, 2015 в Разгром советской номенклатуры

В показаниях дипломатических работников в наибольшей степени нашли отражение надуманные обвинения советских дипломатов в «шпионской» работе и связях с троцкистами. Официальные приемы и встречи с государственными чиновниками, военными рассматривались НКВД как место, где велись переговоры о подготовке планов нападения на СССР, передавалась информация об экономическом и оборонном потенциале страны иностранным разведкам.

Торговые представители СССР якобы заключали сделки и соглашения, ущемляющие интересы своего государства. В планах по искоренению вредительства предусматривалось предотвращение случаев передачи денег троцкистским организациям за рубежом. Это было типичное обвинение в адрес советских торгпредов в европейских странах. Несостоятельность подобных утверждений опровергается заместителем начальника иностранного отдела ГУ ГБ НКВД С. М. Шпигельглазом. Как никто другой, он знал реальное положение дел в организациях Троцкого за рубежом. Например, когда он слышал о сотнях тысяч рублей, переданных Троцкому, то напоминал, что в Париже его сын Седов часто одалживал по 10-15 франков у М. Збаровского. который являлся агентом органов госбезопасности и информировал руководство НКВД о действиях Седова.

Основанием для ареста в октябре 1937 года советского полпреда в Венгрии Бекзадяна стало его близкое знакомство с Крестинским и Караханом. Вместе с тем, Ежов собрал негативные материалы о деятельности Бекзадяна. В частности, на общем собрании сотрудников посольства в 1935 году при обсуждении итогов работы пленума тот заявил, что «Енукидзе напрасно обидели, он крупнейший революционер Закавказья и его съели на почве личных счетов». Кроме того, Бекзадян нелестно отзывался о Берии. Было также известно, что он высоко оценивал уровень жизни рабочих в Норвегии и считал ее самой демократической страной в мире. Получив от Ежова компромат на полпреда в Венгрии, Сталин дал указание «осторожно вызвать в СССР и арестовать» его.

Полпред в Польше Я. X. Давтян был сначала обвинен в связях с английской разведкой, по заданиям которой якобы проводил работу по отрыву Армении от СССР, а затем «стал» агентом 2 отдела Генштаба Польши.

Ежов предпринимал также неоднократные попытки получить компрометирующие материалы и на наркома иностранных дел Литвинова, который постоянно критиковал НКВД. На февральско-мартовском пленуме 1937 года он обвинил сотрудников НКВД в раздувании мифа о террористической угрозе для советских представителей во время их поездок за границу.

Яндекс.Метрика