Опубликовано Ноя 30, 2014 в Разгром советской номенклатуры

Сталин внимательно изучал положение дел в оборонной, металлургической, нефтяной и энергетической отраслях промышленности. Хроническое невыполнение плановых показателей самым непосредственным образом сказывалось на кадрах.

В личном архиве Сталина хранились сотни протоколов допросов, на основании которых он принимал решения как об изменениях в составе руководящих кадров, так и о мерах по ликвидации прорывов в различных отраслях промышленности. В июле 1937 года он ознакомился с показаниями управляющего трестом «Трубосталь» Я. П. Иванченко, который признавал, что трест не поставлял так необходимой стране стали — ни требуемого количества, ни качества. Сталин отметил в тексте фамилии директоров металлургических заводов, которые якобы специально занижали планы. Главным организатором вредительской работы на металлургических предприятиях был назначен уже арестованный заместитель начальника Главного управления металлургической промышленности Г. В. Каннер.

Протокол допроса Иванченко был составлен в Свердловске под контролем печально известного комиссара госбезопасности 3 ранга Дмитриева, который уже «прогремел» на весь Советский Союз арестом члена ЦК ВКП(б) И. Д. Кабакова, первого секретаря Свердловского обкома. Разоблачение вредительской организации в металлургической промышленности позволило бы Дмитриеву вновь выйти на аресты руководителей всесоюзного масштаба.

В показаниях Иванченко были упомянуты директора многих металлургических заводов СССР, начальники главных управлений НКТП. О том, что эта акция была согласована с руководством НКВД свидетельствовала записка, которую Ежов в том же августе 1937 года направил Сталину. Ежов сообщал, что на его имя поступило письмо от кандидатов и членов ВКП(б) отдела сбыта металла ГУМПа о вредительстве в деле распределения и снабжения народного хозяйства черными металлами. Свое письмо-донос отправители адресовали только секретарю ЦК ВКП(б) Ежову и председателю Комиссии партийного контроля ЦК ВКП(б). Начиналось письмо информацией о вредительстве в черной металлургии, об «абсолютном равнодушии» к этому наркома тяжелой промышленности В. И. Межлаука и Председателя Госплана СССР Г. И. Смирнова. Сталин придал письму-доносу важное значение.

«Прилагаемая коллективная записка, — обращался он к членам Политбюро ЦК ВКП(б), — о неполадках в Металлосбыте заслуживает особого внимания. Записку придется обсудить.»

В письме, по сути, правильно излагались факты о слабых местах в производстве и сбыте продукции металлургической промышленности. Дело доходило до того, что распределялся металл, который еще не выпускался. Так, для Запорожстали был запланирован выпуск металла с листового стана, который еще не был даже смонтирован.

фотоагенство

Яндекс.Метрика