Опубликовано Апр 1, 2014 в Внешние угрозы

Внедрение в 1935 году в МИД Англии одного из членов «Кембриджской пятерки» Д. Маклина до его переезда в Париж в сентябре 1938 года, вербовка шифровальщика Кинга позволило советскому руководству получить значительный объем информации.

Эти данные подвергались тщательной проверке: их анализировали и сопоставляли с сообщениями, полученными от источников из 2-го отдела генерального штаба Франции, МИДа Чехословакии, а с лета 1935 года и от группы А. Харнака — чиновника министерства экономики Германии, который имел разветвленную сеть информаторов — сотрудников отдела верховного военного командования, в электро-машиностроительном концерне АЭГ, военно-морской разведке ВМС.

В распоряжение Сталина поступало значительное количество расшифрованных телеграмм японских дипломатов и военных атташе из различных стран. В результате операций, проведенных Кривицким в Голландии в 1935 году, шифры Японии — государства оси Рим-Берлин-Токио были переданы в спецотдел, что позволило расшифровать большую часть переписки военных атташе Японии в различных странах мири.

Не менее важной задачей органов государственной безопасности стало освещение закулисных дипломатических переговоров Англии и Франции с фашистской Германией, что позволяло точнее разрабатывать внешнеполитическую стратегию СССР.

Получаемая информация наглядно свидетельствовала об англофранцузской политике умиротворения Германии, высшей точкой которой стали мюнхенские соглашения в сентябре 1938 года. Из материалов. полученных из французского посольства в Германии, следовало, что в ходе встреч посла Франции в Берлине с Гитлером в сентябре 1934 года последний усиленно подчеркивал, что разрешение территориального спора по Саару открывает широкие возможности для укрепления франко-германского сотрудничества.

Яндекс.Метрика