Опубликовано Дек 20, 2015 в Репрессии в Красной армии

Меженинов утерял несколько документов и сообщил об этом заместителю начальнику РУ РККА Никонову. Напуганный арестами высшего командного состава, он 10 июня он пытался покончить жизнь самоубийством.

Ежов дал указания Николаеву: «Меженинова, как только можно будет, надо перевести в тюремную больницу (из кремлевской) и по всем этим делам крепко допросить. Поскольку состояние Меженинова было тяжелым, и он не мог писать, один из сотрудников Особого отдела подготовил — якобы после допросов Меженинова — протоколы от 27 июня. 1, 10 июля и 1 августа, где содержалась информация о Никонове.

Ежов подготовил для Сталина справку о том, что заместитель начальника Разведупра передал Тухачевскому материалы о вооруженных силах Польши и Германии, которые тот не вернул. Сам факт ознакомления заместителя наркома обороны с материалами об иностранных армиях не содержал в себе ничего подозрительного Но в ситуации, когда высший военный состав РККА обвинялся в передаче разведкам иностранных государств различных секретных материалов, такого рода сведения служили благоприятным фоном для усиления шпиономании.

Поэтому Сталии поддержал предложение Ежова: «На основе показаний арестованных полагаю, что его в Разведупре держать и одного дня нельзя»1.5 августа Никонов был арестован, а Разведывательное управление перешло в полное подчинение НКВД.

Влияние Ежова и его ведомства возросло настолько, что Ворошилов даже не пытался защитить от ареста начальника Разведуправления комкора С. П. Урицкого. В октябре 1937 года он писал Ежову: «Н.И. [Николай Иванович. - авт.] Николаев [начальник 00 ГУГБ НКВД. - авт.] ставит вопрос об аресте Урицкого. Вы хотели его принять, когда сможете это сделать?».

В сентябре 1937 года Ежов добился у Сталина назначения на должность исполняющего обязанности начальника Разведупра контрразведчика, старшего майора госбезопасности С. Г. Гендина. А в личных беседах с Николаевым заявлял, что будет лично руководить военной разведкой.

Яндекс.Метрика