Опубликовано Авг 19, 2014 в Изменение карательной политики

21 мая 1937 года Сталин получил протокол допроса начальника Дмитлага С. Г. Фирина, ближайшего соратника арестованного Ягоды. Длительное время он являлся работником резидентур советской военной разведки в Польше, Франции, Германии, а в 1930-е годы перешел на службу в ОГПУ-НКВД. На первом листе протокола Сталин оставил запись: «Вопросы Ежову».

Фирин представил картину полного захвата советской военной разведки иностранными спецслужбами. Особое внимание наряду с германской было уделено польской разведке, которая якобы управляла нашими резидентами за рубежом и контрразведкой в СССР. В качестве главного агента польской разведки в СССР фигурировал И. И. Сосновский. Наряду с ним упоминались имена Штейнбрюка, Карина и многих других.

Поскольку создавалось впечатление о полном провале работы советской разведки. Сталин 21 мая 1937 года созвал совещание в Кремле, на котором присутствовали Молотов, Ворошилов, Каганович, Ежов, Фриновский, руководитель Иностранного отдела ГУГБ НКВД А. А. Слуцкий, руководитель спецгруппы НКВД Я. И. Серебрянский, начальник Разведывательного управления РККА С. П. Урицкий и его заместители М. К. Александровский и А. М. Никонов. Сталин сделал вывод о том, что и разведке нас разбили, а «Разведупр попал в руки немцев». По его предложению Ворошилову и Ежову было поручено разработать проект постановления по организации разведки и контрразведки. Включение наркома внутренних дел в разгар борьбы по искоренению последствий вредительства в деятельность военной разведки не могло не привести к трагическим последствиям.

Таким образом, активность в ликвидации последствий «вредительства» Ягоды распространялась не только на сотрудников НКВД, которые были направлены в РУ РККА в предшествующий период, но и на аппарат разведывательных подразделений РККА.

Постепенное расширение размаха репрессий в Красной Армии, начавшееся после февральско-мартовского 1937 года пленума ЦК ВКП(б), получило новый импульс после арестов и расстрела высшего военного командования в июне 1937 года. Поворотным пунктом в разоблачении «агентов» иностранных разведок и «вредителей» в армии стал процесс по делу о так называемом «военно-троцкистском заговоре» в Красной Армии.

Выступление Сталина на расширенном заседании Военного Совета РККА с осуждением органов госбезопасности за нерешительность в разгроме «шпионов» еще более обострило ситуацию.

Именно с этого времени сотрудники военной контрразведки Главного управления государственной безопасности получили соответствующие указания выявлять связи осужденных представителей генералитета Красной Армии с военнослужащими всех родов войск.

Яндекс.Метрика