Опубликовано Дек 8, 2016 в НКВД в период массовых репрессий

Другим стандартным обвинением в адрес сотрудников погранохраны стали надуманные утверждения, будто они совместно с оперработниками иностранных отделов У ГБ УНКВД выступали в качестве организаторов связи для передачи секретных материалов иностранным разведкам.

В Дальневосточном крае начальник ИНО УНКВД ДВК Богданов, а затем Шилов совместно с другим «заговорщиком» начальником пограничного разведывательного пункта № 9 капитаном Макаровым якобы организовали переправку секретных данных, полученных от Варейкиса, Аронштама и других участников «заговора», в Хунчунскую японскую военную миссию.

В связи с арестами пограничников в трудное положение попал замнаркома НКВД Фриновский, который до назначения на эту должность возглавлял Главное управление пограничной и внутренней охраны.С одной стороны, он пытался не допустить развертывания репрессий против сотрудников своего бывшего управления, с другой, зная механизм репрессий изнутри, стремился обезопасить себя, поскольку за арестами неизбежно последуют показания и о бывшем начальнике ГУПВО.

В октябре 1937 года Люшков направил в центр запрос о санкции на арест начальника УНКВД Сахалинской области комбрига В. М. Дрекова, с 1931 года занимавшего также пост начальника 52 Сахалинского погранотряда. Фриновский предпринял решительные действия, чтобы не допустить его ареста. Он дал указание доставить в Москву уже арестованного заместителя Дрекова, передопросил его, после чего тот отказался от своих прежних показаний.

По версии Ежова, заговор «в пограничных и внутренних войсках» был составной частью масштабного «военно-фашистского» заговора. В апреле 1938 года был арестован бывший начальник ГУПВО НКВД СССР комдив Н. К. Кручинкин, возглавлявший на момент ареста пограничные и внутренние войска Украины. Позднее, отчитываясь перед членами комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) Берией и Андреевым, Ежов даже не мог вспомнить, что послужило основанием для ареста, говорил, что кто-то дал на него показания.

В действительности, как следует из материалов следствия, для обвинения Кручинкина был использован факт его командировки в Германию в составе группы Егорова, куда входили Белов, Дыбенко и другие уже арестованные военные.

Яндекс.Метрика