Опубликовано Ноя 8, 2015 в Репрессии в Красной армии

Компрометация высшего руководства военной разведки привела к чехарде в назначениях. Сменивший в 1935 году Я. К. Берзина С. П. Урицкий в июне 1937 года был освобожден от должности на основе показаний арестованных участников военно-фашистского заговора.

Немаловажную роль в этом сыграл тот факт, что в 1932 году он возглавлял советскую военную делегацию в Германии. А обвинения «в связях» с германским генеральным штабом являлись одними из самых тяжких. Напрямую его не обвиняли, но было отмечено, что Урицкий

«снабжал высший командный состав сигарами, английским табаком, давал информацию об иностранных армиях».

В этот период Ежов добился того, что руководство Разведупра предстало в глазах Сталина оплотом заговорщиков. Так. 22 июня 1937 года Сталин получил протокол допроса секретаря ЦК КП(б) Украины Н. Н. Попова, который рассказал о тесных связях бывшего начальника Особого отдела КВО старшего майора госбезопасности М. К. Александровского с командующим округом Якиром. Попов вспоминал, что после учений в Киевском военном округе в конце 1936 года на приеме, устроенном для генералитета. Якир провозгласил тост за лучшего начальника военной контрразведки, что якобы свидетельствовало о его причастности к заговору.

С января 1937 года Александровский занимал пост заместители на чальника РУ РККА. Он был арестован на следующий день после ареста 7 июля 1937 года бывшего наркома НКВД Украины В. А. Балицкого.

В показаниях Балицкого от 17 июля 1937 года, которые Ежов направил Сталину, последний среди прочих обвел фамилию Александровского и приписал:

«Обсудить с Ежовым. Балицкий прямо назвал своего бывшего подчиненного участником заговора.

Яндекс.Метрика