Опубликовано Авг 1, 2014 в Изменение карательной политики

В марте 1937 года Особым отделом НКВД разрабатывались уже два крупных дела. Первое — инженеров Кронштадтского укрепленного района, которые в разговорах, высказывали сожаление о расстреле Зиновьева, Каменева, Мрачковского.

После ареста бывшего начальника политотдела Управления полкового комиссара В. А. Опарина, начальника службы инженеров Кронштадтского района, высказывавшего эти сожаления, и ряда других военнослужащих, следователи НКВД создали дело о контрреволюционной «троцкистской группе* не только в инженерных войсках, но и на Балтийском флоте. Нити «заговора» якобы тянулись к бывшему заместителю начальника морских сил РККА, а на момент ареста помощнику командующего Черноморским флотом дивизионному интенданту П. И. Куркову, начальнику штаба дивизиона миноносцев Северного флота капитану 2 ранга Э. И. Батису и др. Арест Батиса. который в начале 1930-х годов являлся военным атташе СССР в Турции, дал НКВД основание выдвинуть версию о его связях с Л. Троцким и обвинить в том, что он исполнял обязанности курьера по доставке троцкистских директив на территорию СССР.

25 марта, после ареста бывшего начальника управления инженерных войск Балтийского флота бригадного инженера Н. А. Максимова Сталин получил подробный протокол его допроса. Одновременно Ежов передал ему и протоколы допроса П. В. Мухина, комиссара линкора «Октябрьская революция», арестованного 16 февраля 1937 года. В спецсообщении нарком подчеркивал, что в Инженерном и Строительном управлениях РККА. В отделе Генштаба, Краснознаменном Балтийском флоте раскрыта крупная «антисоветская троцкистско-зиновьевская» организация.

Начальник У НКВД Ленинградской области Л. М. Заковский, один из приближенных наркома Ежова, который ласково называл его «Ленечка», получил обширный материал для дальнейших арестов.

Сталин внимательно изучил показания Максимова и Мухина. Из них следовало, что Максимов в 1927 году был слушателем Военно-технической академии (ВТА) в Ленинграде, участвовал в охране Зиновьева. Бакаева и Евдокимова. Был исключен из партии, но в 1928 году восстановлен.

В ходе допроса были выявлены другие слушатели ВТА, которые в 1927 году поддерживали оппозиционеров в Ленинграде. В поле зрения органов НКВД попал и выпускник академии, который был исключен из партии в декабре 1936 года и также входил в период обучения в Академии в охрану оппозиционеров, военный инженер 1 ранга М. И. Кащеев, начальник Строительно-квартирного отдела ОКДВА. Вскоре он был арестован. После его ареста, в апреле — мае 1937 года массовые репрессии начались в Строительно-квартирном отделе Дальневосточной армии.

Сталин заинтересовался этим делом, поскольку группа партработников ОКДВА проявила «политическую бдительность». Узнав о том, что в наркомате обороны подготовлен приказ о назначении Кащеева начальником УВСР 282 в Челябинске, они направили коллективное письмо на имя Сталина. В нем тот был представлен как ярый сторонник Зиновьева, в охране которого он служил в 1927 году, защищал его, «спасал от гнева рабочих». В том же году Кащеева исключили из партии, в 1928 году он был восстановлен в ВКП(б). Но в августе 1936 года за «прошлые грехи» его исключили повторно. Сталин переслал это письмо наркому обороны Ворошилову. Реакция была незамедлительной. Кащеев приказом Наркома обороны был уволен из Красной Армии, а органы НКВД получили согласие на его арест. На допросах он активно сотрудничал с органами госбезопасности, по его показаниям было арестовано более 100 человек.

реализация ячменя, семян подсолнечник

Яндекс.Метрика